Дневник

08.05.2017

Христос во времени и пространстве
футуристическое исследование «второго пришествия»

часть первая

Intro

Стоит ли сомневаться, что рациональный подход к теме Христа крайне осложнён не только скудностью объективной информации, но и множеством иррациональных факторов, нагромождением стереотипных, суеверных, а порой и попросту абсурдных мнений, накопленных в массовом сознании за многие века культивирования образа и периодических попыток осмысления сути этого образа. Сверхчеловеческий феномен Христа трудно охватить умом потому, что своей собственной природы и смысла человек до сих пор не ведает, вынужденно довольствуясь некой прагматичной парадигмой эксплуатации разума для обустройства объективного существования, которую во многих аспектах он уже перерос, и давно не может удовлетвориться «житейским» заменителем «жизненного», к тому же и на житейском пути принципиальных успехов он так и не добился, постоянно повышая не только качество способов обустройства существования, но и качество способов разрушения существования, пребывая в нарастающем стрессе за своё «добро» и хронически не находя главного — правильного качества человеческих отношений.

Не ведая себя, человек не имеет ключа к пониманию собственной истории, и Христос исторический для него лишь заметный экспонат музея феноменальных явлений мира, единый смысл которых неочевиден, подлинность которых недоказуема, при том что дальнейшие перспективы пополнения экспозиции новыми артефактами всё более туманны. Самое время для радикального футуризма, как и сто лет назад.

Рациональная недостаточность никогда не была серьёзным препятствием для культивирования чувства и мысли религиозной, однако, данное исследование определённо постарается обойти религиозную коннотацию и укоренившуюся в культуре традицию понимания Христа, по возможности сохраняя разумную обоснованность, насколько это вообще достижимо в такой абстрактной тематике. Христос — это в первую очередь проблема ума и познания, а не веры и мистического чувства. Чувства верующих и до явления Христа без лишней апологетики веками находили себе образы и подобия, успешно вмещающие духовное стремление, удовлетворяющие духовную необходимость, как и сегодня, религиозное чувство во многих традициях обходится без необходимости исповедования именно Христа. Вряд ли кто-нибудь всерьёз станет утверждать, что верование христиан и нехристиан хоть как-то принципиально отличаются в своём чувственном аспекте. С другой стороны было бы абсурдно говорить о «втором пришествии» в контексте какой-то одной традиции, или группы людей, пусть и довольно крупной. Безотносительно традиционных предпочтений Христос — либо феномен общечеловеческого значения, либо Он — миф, сублимация страха смерти, футуристической разработкой которого пусть занимаются профильные специалисты.

Рациональность и религиозность, увы, две вещи пока ещё несовместные, а потому рационально нас может интересовать только надрелигиозная интерпретация Христа, универсальная, перекрывающая собой и религиозность, и светскость, и теизмы, и атеизмы — в планетарном масштабе. Христос жив — таков исходный тезис, в буквальном смысле, без аллегорий. Для того чтобы обнаружить Христа во времени и пространстве, нам придётся расширить своё понимание пространства и времени, расширить до той степени, которая хотя бы мысленно позволит вместить искомые реалии. В первой части футуристического исследования мы попытаемся сделать это.

Вечность vs Безвременье

Если прошлое, настоящее и будущее мы рассмотрим как отдельные аспекты, находящиеся в особой взаимосвязи, то собственная специфика этих аспектов и общая схема их взаимосвязи даст нам возможность обнаружить не только место Христа во времени, но и Его уникальную роль в движении жизни. Насколько такое рассмотрение правомочно? Футуризм имеет право на всё, пусть даже и высказать он может только то, что вписывается в рамки цензуры настоящего времени.

Классическое понимание будущего как некой суммы последствий и тенденций, исходящих из активности во времени настоящем, и унаследованных из прошлого — такая картина течения времени очевидна, но верна она только внешне. Она неплохо работает в условно-реальном мире классического понимания вещей и хода событий, хотя научная полноценность такой интерпретации уже сегодня находится под вопросом. Психологически нам трудно будет представить что-то иное на месте поступательного и линейного понимания характера времени, к тому же именно в таком порядке событий мы и себе самим находим предметное место, а значит и любые изменения этого порядка скорее всего потребуют преодоления инерции нашего сознания по отношению к самому главному — к себе. Тем не менее, и невзирая на преграды очевидности, читателю будет предложено разделить время на три составные части, со следующими характеристиками:

  • Прошлое — формальное время; восходящая последовательность объективных событий; движение в направлении из прошлого в настоящее.
  • Будущее — абстрактное время; нисходящая последовательность субъективных импульсов; движение в направлении из будущего в настоящее.
  • Настоящее — двойственное время, интегрирующее два других аспекта в непрерывном сейчас.

Дополнительные характеристики можно рассмотреть через символ и схематическое отображение взаимодействия.

Три аспекта времени

Объективная наука по понятным причинам хорошо знакома только с первым аспектом времени, на то она и объективная, хотя и в самых современных своих опытах она уже столкнулась со странными явлениями собственного существования будущего, с абстрактной материей и абстрактной энергией, с запутанностями и пределами, которые, при всей своей перспективности, одновременно и угрожают разрушить классическую картину понимания природы. В рамках же исследования футуристического ничто не мешает уже сейчас свободно высказывать любые гипотезы, если хоть какая-то логика будет связывать их с феноменальной реальностью.

Принципиальный момент, который хотелось бы акцентировать первым, заключается в том факте, что будущее — существует. Абстрактное будущее существует, и не просто существует, а ещё и движется навстречу относительно наблюдателя в настоящем времени.

Неочевидность обратного течения субъективного времени обусловлена той инерцией формального мышления, в которой человек себя самого ассоциирует с формой, с физическим телом, с предметностью и объективностью, вследствие чего его сознание увлечено инерционным потоком формального времени, движущемся из прошлого в настоящее, и проецирующего эту тенденцию на дальнейшую перспективу. Человеку только кажется, что общая перспектива возможностей во времени расширяется в условную бесконечность и разнообразие, тогда как в реальности время разбрасывания камней всегда ограничено смыслом разбрасывания камней, пусть даже смысл этот не всегда понятен участнику событий. В цикле сознания-времени любого масштаба, после определённого срединного момента («судного дня»), иллюзорная перспектива будущего изменяется на реальную, время сужается в изначальность.

Для индивидуального, микрокосмического мыслителя проблема наблюдения осложнена тем, что смысл времени — в цикле которого он существует как человек — обусловлен не им, но Мыслителем макрокосмическим, превышающим человеческое разумение настолько же, насколько сам человек превышает разумение клетки своего тела. Масштаб этого Мышления перекрывает всю полноту человеческих времён, что и обуславливает существование будущего изначально. Воля этого Мышления обуславливает объединение материи прошлого и замысла будущего в непрерывном творческом процессе настоящего, где и пребывает человек как бессознательный, но в перспективе — самосознательный посредник. Масштаб макрокосмической Мысли для современного наблюдателя настолько велик, что сам факт существования и движения этой Мысли остаётся неочевидным, несмотря на неразрывную сущностную связь человека с Ней.

Не расширение, а сужение реальной футуристической перспективы к некой начальной точке, к смыслу «изначального Слова», является вторым принципиальным моментом, который нужно акцентировать в контексте предложенной схемы. При наблюдении из времени настоящего, изначальная точка иллюзорно воспринимается как конечная, и в таком оптическом парадоксе можно найти метафизическое объяснение символа «Я есмь Альфа и Омега, Первый и Последний». Через эту точку абстрактная энергия Жизни («дух») вливается в объективное бытие, через неё же материя абстрагируется в сознание, пройдя необходимый цикл эволюции и «алхимических» преобразований. С этой точкой изначального будущего во времени мы будем ассоциировать принцип, место, роль и феномен Христа.

«Христос — вечная Новость», как сказал один умный человек.

Шаг навстречу

В идее встречного течения субъективного времени нет ничего сверхъестественного, её непросто зафиксировать бесстрастным физическим опытом, но с точки зрения пристрастного сознания достаточно лишь внимательно проанализировать собственный жизненный опыт. Разве не очевидно, что человек, как мыслитель и микрокосмический аналог Мыслителя, постоянно движется в том или ином цикле обратного отсчёта времени — целенаправленно? Разве не правда, что всевозможные хронометры человеку нужны в основном для того, чтобы определить столько времени у него осталось до того или иного события, которое в будущем уже существует, и которое в настоящее время может прибыть и осуществиться, при определённом условии.

Условие же всегда таково, что у стремящегося к осуществлению плана, должно быть достаточно энергии, сил и средств для исполнения и воплощения задуманного, а также мастерства в контроле и манипуляции материей, в которой планомерное будущее должно найти своё воплощение. Потому факторов, влияющих на возможность сказки стать былью, всегда слишком много, и стоит ли говорить, что осуществление планов далеко не всегда складывается именно так, как задумано, выявляя при этом несовершенство самого человека, выявляя ещё одно превышение желаний над возможностями. Философская и духовная мудрость всех времён, конечно, рекомендует меньшему мыслителю, человеку, достигнуть внимания и понимания стремлений Мыслителя Большего, синхронизироваться с ними, и стать полноценно и непрерывно конструктивным, но... мы с вами прекрасно понимаем, что задача эта не из лёгких по многим причинам, но в первую очередь из-за врождённой человеческой тяги к узнанию прикупа, обеспечивающего его собственное, персональное сочинское бытие. Мифическая частная «жизнь с избытком».

К счастью, «человек предполагает, а Бог располагает» — такова глубоко рациональная внутренняя реальность природы вещей. Энергии и силы, которые вливаются из «Вечности» в сферу человеческого настоящего существования, которые как Жертва предоставляются человеку в качестве основы для его собственных предположений, опыта жизни, поиска прикупа, эволюции сознания и пр. — эти энергии Будущего проходят через Христа и посредством Христа осаждаются в настоящее время человека. Христос в буквальном смысле является «вседержителем» — хранителем всех смыслов и всех «светлых сил», проводником духовного электричества. Человек же, если верить фейковым новостям, изо всех сил стремится эти универсальные и бескорыстные энергии приватизировать, растащить по углам обособленного мышления и личной жизни, по эксклюзивным алтарям, вследствие чего и все его ожидания «второго пришествия» со стороны выглядят довольно странно, как если бы вор в ограбленной квартире ожидал хозяев, «чтобы стрельнуть сигарет».

Человеку на своём месте трудно абстрагироваться от напряжения настоящего и увидеть, насколько он непрерывно сфокусирован в будущем. Человек приспособился даже продавать будущее, брать в долг у завтра, жить от дедлайна к дедлайну, всю жизнь стремиться к одной абстрактной точке в будущем, в надежде приблизить её в своё сейчас, и тем самым максимально расширить объективное существование. Почему никто в здравом уме не стремится к обратному: широкому множеству разнообразных абстрактных достижений, сужая при этом свою объективность до точки без штанов и определённого места жительства? Впрочем, «здравость ума» это вопрос относительный, и довольно философский, не ведая смысла себя самих мы ведь лишены и права на здравие своих побуждений, «ибо мудрость мира сего есть безумие пред Богом».

* * *

Говоря о неведомом макрокосмическом Мыслителе, обуславливающим объём и течение сознания-времени жизни мыслителя меньшего, следующим важным моментом нужно отметить тот факт, что рассматриваемая схема, в основной своей части, отображает человеческий масштаб времени, антропоцентрированное настоящее и его составляющие. Научные люди уже обнаружили странный факт связи времени и мысли, события и наблюдателя, взаимосвязь которых, как оказалось, нельзя разорвать. Человека, конечно, смущает, что хронологические события во Вселенной происходят и вне его прямого внимания, смущает порой настолько, что он начинает ставить под сомнение факт существование «Луны» вне своего внимания к ней. Подобные логические парадоксы происходят от вынужденного максимализма ума человека, из древнего притязания на венец разумности и сознательности, из абсолютизации своего одинокого положения в космической пустоте, кажущегося таковым исключительно из-за ограничений человеческого же восприятия, локализованного и запертого в человеческом масштабе времени и сознания, как в яйце, скорлупу которого совсем скоро человеку предстоит разрушить, изнутри.

Связано ли гипотетическое «второе пришествие» с реальным актом подобного разрушения иллюзий и ограничений? Безусловно, но и тут нас преследует обман зрения: «предел» ограничений разрушается изнутри, и потому «пришествие Христа» к людям — это оптический обман, тогда как на самом деле иметь место может только пришествие человека к Христу. Христос — жив. Он — здесь, но Он находится снаружи — за «пределом». Он находится рядом прямо сейчас, несмотря на парадоксальность слова сейчас в контексте рассматриваемой структуры времени. Христос находится здесь и сейчас в абстрактном времени, в котором ещё не находится человек. Как учитель в школе в объективном сейчас находится рядом с учеником, при том что в абстрактном времени (в сознании) они разделены определенной дистанцией, и учитель не может прийти в прошлое состояние сознания ученика, но только наоборот — ученик, разрушая ограничение своего невежества, обнаруживает учителя как он есть. Такова же и самая простая аналогия «второго пришествия». Не человек ожидает этого события — всё наоборот, разрушая своё невежество человечество обнаруживает Христа как Он есть, а не как кажется или хочется.

В этой связи можно сделать и ещё одно утверждение: существует определённый предел, очерчивающий чисто человеческую сферу времени и сознания. Существуют сферы сознания и времени превышающие общечеловеческие масштабы, существуют и меньшие. Внутри каждой сферы времени происходит своя эволюция, но все сферы связаны вместе в цепь эволюций, среди которых нас интересуют ближайшие: сверхчеловеческая и дочеловеческая эволюции. Христос является выражением точки контакта человеческой и сверхчеловеческой эволюций, а Христос имманентный — внутренний и потенциальный Христос в сердце каждого человека — является аналогичной точкой контакта человека с малыми жизнями дочеловеческой эволюции, с теми жизнями, которые образуют в своей совокупности объективное тело проявления человека — многоклеточный организм, — возможность к существованию и эволюции которым обеспечивает собственная жизнь человека, как бескорыстная жертва, ни факта, ни смысла которой он до сих пор не сознаёт и не признаёт, попросту эксплуатируя материю для собственного удовлетворения. В отношениях разных эволюций и в точках соприкосновения находится ключ к пониманию не только места, но и роли Христа в жизни человечества, роли внутреннего Христа, роли самого человека в Природе.

Принцип Христа универсален, он является неотъемлемым элементом природы, историческим же Христом люди называют ту неведомую им Сущность, которая реализовала и явила собой этот принцип как человеческое достижение, указав путь и перспективу сущностной эволюции людей, а не предлагая обновить традиции новыми ритуалами и новыми атрибутами.

Психологическая проблема человека скрывается в том факте, что ни душа (единица сверхчеловеческой эволюции), ни тело (совокупная единица дочеловеческой эволюции) человеку не принадлежат, как будущее и прошлое не принадлежат настоящему, скорее наоборот. Душа, как просветляющий агент будущего и архетип совершенной личности, путеводной звездой указывает человеку путь продвижения. Тело сдерживает, как совокупность прошлых достижений и их карма привносит инертность и затемнённость в сознание. Человек же остаётся самому себе неведомой третьей силой, пытающейся наблюдать, действовать и осознавать непрерывное настоящее, где оба временных аспекта встречаются, находятся в процессе активного и ритмического взаимодействия, порой довольно далёкого от полной синхронизации и равновесия. Человек может быть назван агентом равновесия, мастером срединного пути, равно как и всё Человечество в будущем будет осознавать себя агентом равновесия в планетарном масштабе, приводящим к равновесию планетарное тело и сознание. Центральной точкой равновесия является «Сердце», или «Христос», как универсальный принцип в каждом человеке, как индивидуальная Сущность, выражающая этот принцип в Человечестве. Иначе можно сказать: «Христос» — это полноценный Человек, то есть это реализация полноты времени и смысла.

Современная проблема человека неполноценного потому и существует, что течение объективного времени (свойственного телу) и течение времени субъективного (свойственного уму) путём долгих и весьма изнурительных реинкарнационных тренировок ещё не синхронизированы, не согласованы и не уравновешены в идеальный балетный баланс хорошего танцора. Тренинг и муштра эволюции ещё не являются сознательной инициативой самого человека, а потому его развитие происходит медленно, как побочный эффект инстинктивных попыток реализовать всевозможные желания, и по этой причине объективная красота его суммарного исторического танца далека от гармонии.

Развивая тему предела и разных масштабов сознания-времени, можно привести такой пример:

С точки зрения масштаба времени и сознания, к которому применим эпитет «Божественное», и которое с позиции наблюдателя в человеческом времени воспринимается как неподвижная «Вечность», или «покой Господа», вся схема времени человека умещается в нижнюю точку нижнего треугольника схемы времени «Божественного». Иными словами, даже самый отдалённый футуризм, самая светлая мысль и самое прогрессивное достижение человека являются прошлым и свершившимся в масштабе настоящего времени Божественного Мыслителя, или Безмолвного Наблюдателя, как Его иногда называют, поскольку Слово уже сказано, цель намечена, и она неизменна.

В этой же относительности и самый тонкий дух человеческий — материя в руках Мастера, да не постигнет читателя в этот момент призрак детерминизма и упрёка «Богам» за хроническую недостаточность земного блага, ведь в своём времени и пространстве человек более чем свободен играть так, как хочет, хотя ему и задан изначально правильный Мотив. Имеющим уши. Аналогично и сам человек вечен для тех миллиардов жизней, которые рождаются, умирают, живут и трудятся в пределах его тела, в своём течении времени, в своей же и свободе, не имея ни малейшего понятия о происходящем с этим телом в его собственном времени.

Макрокосмическое время

Роль Христа во всех этих разномасштабных отношениях открывается как ключевая, как роль посредника между высшим и низшим, между «Волей Бога» (направленным течением энергии сознания и абстрактного времени) и человеком. Роль Христа является ключевой с точки зрения осмысленности и осознанности существования. Вне этой роли человек буквально пребывает в «дурной бесконечности», без цели и без пути, погружаясь в хаос дифференциации форм и декогеренции смыслов. Человек волен погружаться в хаос или что угодно ещё, не в праве и не волен он только в одном — в возможности частное предпочтение сделать универсальным. «Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку».

Речь идёт о сущностной роли Христа в природе, о реальном смысле того слова, которое иконописцы выводят на нимбе, а не о религиозной роли Христа, как персонажа иконописи, хотя и эта роль немаловажна, поскольку так же отражает определённое состояние сознания, мимо которого не пройти ни одной эволюционирующей человеческой единице. Было бы нелогично утверждать, что роль такого масштаба исполняется Христом единолично, но центральную роль в той эволюции, которую можно назвать сверхчеловеческой, и которая включает в себя множество единиц сверхчеловеческого сознания, пребывающих в сфере сверхчеловеческого времени — такую роль утверждать можно. Христос — Глава Духовной Иерархии, если такое утверждение вообще может иметь какой-то внятный смысл для современного читателя.

* * *

Вернёмся к схеме трёх аспектов времени, и постепенно будем переходить к вопросу пространства.

Верхнюю точку можно охарактеризовать как точку касания с вечностью, а нижнюю — с безвременьем. Для наблюдателя во времени оба этих эпитета выглядят одинаково, потому что «время» для него есть характеристика движения, или производное от движения, тогда как оба эпитета внешне подразумевают неподвижность, или отсутствие. Если же рассматривать время субъективно, как длину мысли, а не как длительность внешних последствий сознательной активности, то в таком контексте безвременье является синонимом бессмыслицы, а вечностьвсеведения. Первое можно соотнести с рудиментарным химическим мышлением бактерии (дочеловеческой эволюции), а второе — с универсальным сознанием души (сверхчеловеческой эволюции). С точки зрения формы, а не сознания, безвременное можно увидеть как не рождённое, а вечное — как бессмертное. Последнее также является характеристикой Христа, самой сложной для ума и самой напряжённой в психологическом смысле, поскольку проблема смерти до сих пор является доминирующей движущей силой человеческого мышления. Человек постоянно пребывает на перекрёстке эволюционного и инволюционного течений времени, в пространстве, образованном их взаимодействием.

Мы не станем заострять внимание на геометрии и динамике течения прошлого, предоставляя читателям возможность самим рассмотреть, как прошлое не отдаляется, а словно специально всей своей кармой постоянно всплывает и наваливается на сегодняшний день, спутывая все планы.

Пространство

Говоря о существовании чего-либо, даже будущего, нельзя не задаться вопросом и о месте этого существования в пространстве, и о материи, в которой это существование выражено — в противном случае мы говорим о существовании трансцендентном, и такое говорение само по себе есть логический парадокс, так как трансцендентное есть сущностно неизвестное, а на нет и суда нет. Потому оставим даже попытки абстрагироваться выше Той и без того крайне абстрактной Сущности, которую мы пытаемся понимать как Христос. Такие попытки равнозначны стремлению услышать Слово, прозвучавшее раньше Слова «изначального», при этом не расслышав ещё и слов намного более поздних.

В физической материи физического пространства мы, очевидно, не сможем обнаружить внятных следов будущего, да и следов Христа нам в этой пустынной пыли не найти. Из всех материй и пространств для футуристического исследования нам доступен только космос абстрактный, а в нём нас в первую очередь интересует планета Мышления, коль скоро Туманность Эмоций и Галактику Мистики мы решили облететь стороной. В конце концов, Спаситель тоже ведь прошёл по этому морю аки посуху, не погружаясь, чего и нам желает.

Факт существования ментальной материи (а значит и пространства мысли), нельзя научно опровергнуть, можно лишь указать неспособность современных научных теорий этот факт в себя вмещать, что само по себе ничего не опровергает. Косвенных же доказательств указанному факту более чем достаточно, и не смотря на их гипотетичность, только на них мы и можем опираться в данной теме, да и тезис о тождественности мышления и существования не сегодня придуман. Я мыслю — значит здесь не всё так просто.

Чтобы представить существование будущего как места и формы, нам нужно вспомнить, что в нашем собственном времени и месте — в пределах человеческой цивилизации — нет ни одной вещи, в основании которой не находилась бы некая исходная мысль, которая в свою очередь не была бы порождена энергией, или волей некой необходимости, истекающей из сознания того или иного мыслителя или группы. Нет ни одной явной формы, в корне которой не находилась бы скрытая мысль, и ни одна форма в сфере человеческой активности не может появиться ранее своего ментального прототипа. Мысль всегда находится в будущем относительно настоящего времени процесса своего формального проявления, и только в самом финале творения материя мысли и материя формы синхронизируются в едином произведении.

Это довольно простой и наглядный пример, но насколько человеку трудно посмотреть на него со стороны. Лучше всего о пространстве и материи мысли, как о вполне самостоятельной реальности, осведомлены мыслители творческие. Средний человек редко посещает планету Воображение, и потому его время устойчиво сконцентрировано на кончике носа, но стоит ему попытаться расширить масштаб мышления и времени, как он сталкивается с пространством абстрактных материй, которые вовсе не так просты и податливы, как того хотелось бы. Художники и мыслители всех времён штурмовали безжизненные поля и дремучие джунгли абстракций планеты Мысли, возвращаясь в мир людей с разнообразной добычей, а то и ни с чем. Медленно, но верно их скорбный труд позволял людям постепенно обживать ментальные земли, выстраивать города концепций, очерчивать страны идеалов, прокладывать дороги принципов и просеки законов, добывать драгоценности и проводить в объективный мир энергии, насыщающие земную жизнь. Так же многие войны начинались и заканчивались на планете Мысли, многие войны начинались там и докатывались до самой Земли, из воображаемых в будущем страданий превращаясь в кровопролитие настоящего времени, всё потому что в светлой ментальной материи слишком много тёмных примесей прошлого, скрывающих Реальность.

Объективный мир только кажется центром человеческих событий, между тем как всё самое интересное и реальное происходит вовсе не здесь, а перед нами только эхо скрытых событий.

Говоря о фактическом существования будущего, очень легко по инерции понимать эту фактичность в привычных критериях времени настоящего, то есть как нечто такое, что в будущем случилось и произошло, и осталось только подождать прибытия этого факта в очевидность настоящего времени. Если бы всё было так просто — ничего более скучного, чем бытие, придумать было бы невозможно.

Будущее существует как замысел, как совокупность форм в ментальной материи, несущих в себе энергию ещё более тонкой природы. С материей физической эта абстракция соотносится так же, как волновая природа с корпускулярной, в том и сложность логического, дифференцированного понимания при подходе к идее существования будущего, поскольку фактов и событий как таковых в будущем нет, есть высокие плотности вероятностей, которые становятся (если становятся) фактами и событиями только в настоящем, при контакте с течением формального времени и физической материей. Уникальная роль человека заключена в обеспечении этого контакта. Качество связи зависит от достигнутого человеком уровня сознания и мастерства владения материями. Уникальная роль Христа заключена в роли ещё более высокого посредника, в обеспечении связи воли человека с Волей Бога.

Вся совокупность планетарных времён и событий существует как Замысел Творца, и процесс реализации этого замысла мы называем историей, хотя и понимаем происходящее в неверном направлении, наблюдаем пока только сумму внешних последствий, не в силах охватить и заметить сам Замысел, который при этом вовсе не детерминирует объективное существование и даже не гарантирует точность его исполнения. Человек как меньший мыслитель творчески действует точно так же.

В творческом замысле нет ни только детерминизма, но и обратной крайности — мультивариантности, а подобные концепции уже посещают запутавшиеся в квантах логические умы. «Эффект бабочки», «мультивселенная» — эти выводы вполне логичны, но только в рамках логики Хаоса (оксюморон), и в отсутствии понимания природы Логоса, или Творца, как обязательной основы и первопричины существования времени, сознания и пространства.

Творческий акт тем и отличается от производства, что художник не столько создаёт форму, сколько познаёт себя через творческую материю. Произведение является методом и следствием такого познания, но не является истинной причиной творчества, таковой причиной оно является только в ремесле. Планетарное будущее существует как Замысел, абстрактный образ и цель которого уже определены Творцом, пропорции и формы которого намечены и существуют в Универсальном Уме. Материя Универсального Ума для человеческого восприятия ещё крайне тонка и абстрактна, но вполне достижима, а с каждым шагом эволюции человек приближается ко всё большей восприимчивости и всё большему постижению Замысла, преобразовывая высокие идеи этого Замысла в более упрощённые идеалы, воплощаемые в объективную жизнь. Чем ближе финальный аккорд — тем более настоящим становится настоящее, которое есть непрерывное следствие творческого процесса, а «сотворение мира», о котором религия говорит как о полноценном событии, было лишь грунтованием холста, тогда как истинный творческий процесс сотворения только теперь находится в самом разгаре, и нет никого в пределах человеческой и сверхчеловеческой планетарной эволюции, кому Замысел, или «Воля Бога», был бы виден более ясно, чем он виден Христу. Христос выражает высшую ценность аксиологии, абсолютную непротиворечивость логики, полноценную мудрость философии — все эти области мысли были и есть только рефлексия ментальной природы человека, реагирующей на Свет Замысла. Все реальные высокие мысли людей сходятся в пространстве в направлении Христа, как отклик на исходящий из этого направления Свет Смысла. «Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня» — это глубоко рациональная, а не религиозная истина.

Основная идея всего сказанного в том, что будущее существует в пространстве планетарного Универсального Ума в виде Замысла, и чем более отдалённо это будущее — тем в более тонкой и абстрактной материи мысли оно выражено. В христианской традиции этот Замысел называется «Царство Божие», которое приближается к Земле, и центральная роль этого процесса находится в ведении Христа, Который во всей этой абстрактной схеме энергий, сознания и времени занимает специфичное место «Царя», «Помазанника Божия» — руководителя работ, связующего звена между:

  • «Волей Бога» — трансцендентной творческой Энергией Жизни, вливающейся из более высоких сфер и насыщающей процесс реализации изначальной Цели.
  • «Небесным Воинством», или «Ангелами» — суммой сверхчеловеческой эволюции, Иерархией Душ, выполняющей функцию распределения Энергии и планирования объективного применения в соответствии с Замыслом.
  • Человечеством — «вольными каменщиками», работниками в объективной материи и в настоящем времени.

Как и всякий человек, по мере роста и взросления живёт почти бессознательно, постепенно приходя к пониманию окружающего мира, так и процесс планетарного строительства — до появления Христа как первенца от людей, реализовавшего в себе земную часть человеческой эволюции — пребывал в стадии инстинктивного и бессознательного роста.

В другой аналогии сам человек является замыслом души, где каждая личность в длинной цепи перерождений есть очередное произведение на долгом творческом пути познания и совершенствования, произведение в том или ином жанре, той или иной степени художественности, в зависимости от достигнутого душой опыта и мастерства. Венцом же творческого пути всякой души является то невероятное и полноценное творческое достижение, которое в Иисусе было выражено как Христос. «Христос в вас, упование славы...». В этом контексте нижняя и верхняя точки, в схеме трёх аспектов времени, могу быть названы как момент рождения и момент смерти соответственно.

Каждый божий день человек просыпается, чтобы ещё раз, в малом цикле суток попытаться связать конкретные последствия прошлого с абстрактной перспективой будущего. Все эти дни проходят внутри ещё большего цикла жизни, расширяясь к кризису среднего возраста и сужаясь к точке смерти. Каждый оборот колеса личной жизни пребывает в ещё более обширном цикле жизни души, все дороги которой нацелены в единственную точку будущего достижения, точку, сфокусированную в Универсальном Уме Бога, находящегося на Своём собственном Пути.

Первобытный человек полностью пребывает в объективности, бессознательно, не в силах соотнести происходящее с перспективой во времени и смыслом в пространстве. На другой стороне эволюционной лестницы человек обретает полноценную чувствительность к внутренней стороне объективности, к Вечному Сейчас; он достигает полноты осознавания того, что было, что есть и что будет; Он выходит за пределы человеческого царства, человеческой жизни и смерти, и в материальной объективности Он буквально теряется из виду, или уходит.

Первую часть и всю идею расположения Христа в пространстве и времени можно закрепить через аналогию архитектурного строительства, весь цикл активности которого можно разделить на три аспекта во времени и пространстве:

  • 1 — Воля, обуславливающая конечную цель, выделяющая ресурсы, необходимые для воплощения этой цели, от начала и до воплощения продвигающая вперёд весь процесс.
  • 2 — Архитектурный проект, план строительства, обусловленный целью и ресурсами с одной стороны, и ограничениями материи с другой.
  • 3 — Строительная площадка, производство работ.

По отношению к третьему лицу архитектурной троицы, первый аспект является трансцендентным, или духовным — вдыхающим энергию жизни, придающим движение и высший смысл.

Второй аспект является абстрактным, или душевным — адаптирующим дыхание духа к возможностям материи. Двойственная и посредническая роль второго аспекта является ключевой в понимании принципа Христа и его собственной роли в планетарной эволюции. Объективное строительство в настоящем обусловлено архитектурным проектом, выражающим будущее и первоначально существующим в материи мысли, а только потом проявляющегося в чертежах и схемах. Весь процесс во времени сужается так же, как и пирамида при строительстве сужается в пространстве — от основания к вершине, одновременно привлекая в настоящее всё больше материи.

Архитектор не произволен в своей работе. Как посредник между абстрактным и конкретным, он осведомлён не только о «духовной» цели, но и о качествах и ограничениях доступной ему материи, из которой создаются материалы и формы. То или иное конструкторское решение требует тех или иных качеств материалов, и если таких качеств нет, то предварительно они должны быть развиты, что представляет собой отдельную и специфичную эволюционную задачу. Понимание истории как планомерных циклов развития определённых качеств в человеке, а посредством человека и в животной, растительной и минеральной эволюциях — такое понимание станет в будущем одним из новых и перспективных методов исторической науки. Раскрытие потенциала атомной энергии, например, в минеральном смысле сравнимо с явлением Христа, включая разнообразные последствия этого достижения, ведущие к раскрытию ещё больших и прежде не доступных возможностей и качеств во всех эволюциях.

Истинный духовный конструктивизм человеку ещё не ведом, а всё, что сегодня строится на земле объективно, выражает подготовительные этапы развития материи, в первую очередь ментальной материи человека, и само по себе особой ценности не имеет.

Сверхчеловеческая эволюция, не видимая объективному физическому наблюдателю, а потому и неизбежно подвергаемая техническому сомнению, выполняет на планете свою посредническую функцию со времён, не подающихся осмыслению. Сам человек — не поддающееся осмыслению гениальное и сложнейшее конструкторское решение — был спланирован, усилиями в миллионы лет (объективного времени) он был поднят из пепла и праха материи, а венцом этих творческих усилий стал Христос, своим первенством «от человеков» заслужив особое место в сверхчеловеческой эволюции, продолжающей процесс планетарного строительства теперь уже под Его руководством, с высоты Его объективного человеческого опыта и мудрости.

Объективная невидимость царства душ была и до сих пор остаётся реальным препятствием для конкретного ума человека, но синдром Фомы нельзя изжить легковерием или концептуальной одержимостью. Сверхчеловеческая эволюция объективно видна в любое зеркало, но сама по себе она, конечно, в физической материи не существует, здесь её существование выражено человеком, тогда как сама душевная эволюции существует в материи и пространстве абстрактной мысли, вне физического времени и смерти. В абстрактной материи мысли она работает над адаптацией духовного Плана, а развитие абстрактной ментальной восприимчивости людей, ранее свойственной только некоторым «гениям», сегодня приобретает массовый характер, что и позволит людям буквально увидеть субъективную реальность, преодолеть феноменальную иллюзию внешнего мира. Кульминационный момент исторического прозрения и символически и буквально может быть назван «вторым пришествием Христа». Некоторые футуристические подробности этого события мы попытаемся рассмотреть в другой части исследования.

 

 
bugfixer invisible agent