Алиса А. Бейли «От интеллекта к интуиции»

ГЛАВА 4

Цели медитации

 

“Объединение достигается через подчинение психической природы и обуздание активности читты, или ума. Когда Йогин совершает это объединение, он узнает себя таким, каков он есть в Реальности”.

Патанджали

 


Если мы допускаем правильность теорий, изложенных в предыдущих главах, то могут оказаться полезными ясное формулирование той конкретной цели, к которой стремится образованный человек, приступая к практике медитации, и осознание отличий медитации от того, что христиане называют молитвой. Ясное представление об этих двух моментах совершенно необходимо, если мы хотим добиться практического прогресса. Задача, стоящая перед исследователем, очень нелегка. Ему потребуется нечто большее, нежели период энтузиазма и временное усилие, если он действительно желает овладеть этой наукой и добиться эффективности в применении её технического аспекта. Рассмотрим сначала второй пункт и сопоставим два метода, молитву и медитацию. Возможно, лучшее описание молитвы — хорошо известные всем нам строки Дж. Монтгомери:

Молитва есть желание души,
Движение сокрытого огня,
Которое в груди трепещет.
Её в словах или в безмолвии возносим.

Здесь речь идет о желании и просьбе; источником этого желания является сердце. Однако следует помнить, что сердечное желание может быть направлено как на обретение того, чего желает личность, так и на то небесное и трансцендентальное, чего жаждет душа. В любом случае основная идея — испросить желаемое при наличии фактора ожидания; в итоге, если вера просящего достаточно сильна, желаемое обретается.

Медитация отличается от молитвы тем, что доминирует, преимущественно, умственная ориентация, с помощью которой достигаются распознавания и осознание, становящиеся сформулированным знанием. В умах многих людей немало путаницы в связи с различием между этими методами. Бианко Сиенский на самом деле имел в виду медитацию, когда сказал: “Что такое молитва, как не прямое вознесение ума к Богу”.

Массы людей, поляризованные в своей природе желания, обладая по преимуществу мистической направленностью, просят об удовлетворении своих нужд; в молитве они просят обретения желанных добродетелей; они умоляют внимающего Бога смягчить их проблемы, вступаются за дорогих и близких; они докучают Небу мольбой о ниспослании благ, материальных или духовных, которые, по их мнению, жизненно важны для их благополучия. Они добиваются качеств, обстоятельств, условий и таких факторов, которые облегчат их жизнь, предоставят им условия, в которых они будут в состоянии приносить пользу; в своих молитвах они просят освобождения от страданий и недугов или стремятся заставить Бога отозваться на их мольбу об откровении. Просьбы, мольбы и ожидание являются главными характеристиками их молитв; доминирует желание, при участии сердца. Эмоциональная природа человека и его чувствующая часть стремятся к удовлетворению потребностей, диапазон которых широк и вполне реален. Это подход сердца.

Можно различить четыре ступени молитвы:

  1. Молитва о материальных благах и о помощи.
  2. Молитва о ниспослании добродетелей и о добродетельном нраве.
  3. Молитва за других, или посредническая молитва.
  4. Молитва о просветлении и божественном осознании.

Исследование этих четырех типов молитвы показывает, что все они укоренены в природе желания и что четвертый тип подводит стремящегося к той точке, когда кончается молитва и начинается медитация. По-видимому, Сенека понимал это, когда говорил, что “не нужна никакая молитва, кроме просьбы о хорошем состоянии ума и о здоровье (целостности) души”.

Медитация переносит эту работу в ментальную сферу; желание уступает место практической деятельности по подготовке к божественному знанию, человек, начавший свою долгую карьеру и жизненный опыт с желания как основного качества и достигший состояния обожания смутно различимой божественной Реальности, переходит теперь из мистического мира в мир интеллекта, ума и окончательной реализации. Молитва вместе с дисциплинированным бескорыстием порождает Мистика. Медитация в сочетании с организованным дисциплинированным служением порождает Знающего. Как мы рассмотрели ранее, мистик ощущает божественные реальности, воспринимает с вершин своего вдохновения мистическое видение и непрерывно стремится к постоянному повторению того экстатического состояния, до которого его вознесли молитва, обожание и поклонение. Обычно он оказывается совершенно не способным повторить это достижение по своей воле. Отец Пулен утверждает в своей работе Des Grâces d’Oraison (“О благодатях молитвы”), что состояние не является мистическим, если видящий способен вызвать его самостоятельно. В медитации дело обстоит прямо противоположным образом; посредством знания и понимания просветлённый человек может по собственной воле входить в царство душ и с пониманием участвовать в его жизни и находиться в иных присущих ему состояниях сознания. Один метод использует эмоциональную природу и основан на вере в Бога, который может что-то дать. Второй метод использует ментальную природу и основан на вере в божественность самого человека, хоть и не отрицает мистические предпосылки, свойственные первой группе.

Со временем будет установлено, что слова “мистик” и “мистический” используются весьма свободно и подразумевают не только мистика с его видениями и чувствительными реакциями, но также и тех, кто переходит в область чистого знания и достоверности. Эти понятия включают неожиданные и неуловимые состояния сознания, которые основаны на чистом устремлении и преданности, а также такие состояния сознания, которые являются результатом систематического интеллектуального подхода к Реальности и могут достигаться по желанию в соответствии с законами, усвоенными знающим. Бертран Рассел весьма интересно трактует эти типы, несмотря на использование им только одного термина “мистик” для передачи обоих смыслов. Его высказывания являются прекрасным введением в нашу тему:

“Во все времена и во всех частях света мистическая философия характеризовалась определёнными представлениями; их можно проиллюстрировать доктринами, которые мы сейчас обсуждаем.

Во-первых, это вера в озарение, которое отличается от рассудочного аналитического знания; вера в существование пути мудрости, обретаемой внезапно, пронзительной и императивной, противоположной медленному и не свободному от заблуждений исследованию внешних проявлений с помощью науки, всецело опирающейся на данные органов чувств.

Мистическое озарение начинается с ощущения неразгаданной тайны, сокрытой мудрости, которая внезапно стала явной и несомненной. Чувство уверенности и откровения предшествует конкретной убеждённости. Конкретная убеждённость, к которой приходит мистик, является результатом размышления о словесно невыразимом опыте, полученном в момент прозрения.

Первым и самым непосредственным следствием просветления является вера в существование пути познания, который можно назвать откровением, озарением, или интуицией в отличие от чувственного восприятия, логического мышления и анализа, рассматриваемых в качестве слепых поводырей, ведущих в болото иллюзии. С этой верой тесно связана концепция Реальности, пребывающей по ту сторону мира внешних форм и совершенно отличной от него. Эту Реальность воспринимают с восхищением, нередко переходящим в поклонение; она всегда ощущается как находящаяся повсюду и поблизости, будучи тонким образом отгорожена от восприятия органами чувств, и готовая воссиять для восприимчивого ума во всей своей славе даже сквозь очевидную человеческую глупость и порочность. Поэт, художник и влюблённый являются искателями этой славы: манящая красота, к которой они стремятся, является слабым отражением её солнца. В то же время мистик живёт в ясном свете этого видения: он знает то, что другие смутно ищут, знает таким знанием, рядом с которым всякое другое — просто невежество.

Вторая особенность мистицизма — это вера в единство и отказ допускать противодействие или разделение в чём бы то ни было.

Третья черта почти всей мистической метафизики — отрицание реальности Времени. Это следствие отрицания разделения: если всё едино, различия между прошлым и будущим должны восприниматься как иллюзорные.

Последней из доктрин мистицизма, которые нам предстоит рассмотреть, является вера в то, что всё зло — не более чем видимость, иллюзия, вызываемая разделением и противопоставлениями аналитического ума. Мистицизм вовсе не утверждает, что такие явления, как, например, жестокость, хороши, но отрицает их реальность на том основании, что они принадлежат к тому низшему миру фантомов, из которого мы должны освободиться через прозрение видения….”[36]Рассел, Бертран, 
Мистицизм и логика, стр. 8,9, 10, 11

Однако мистический путь — это подготовка к пути знания, и там, где мистик останавливается, обожая своё видение и испытывая томление по Возлюбленному, эстафету принимает и продолжает стремящийся к истинному знанию. Д-р Беннет из Йельского Университета говорит, завершая свою книгу о мистицизме: “В конце подготовки мистик просто ждёт видения и события, которому он из осторожности не даёт слишком конкретного определения; он ждёт, полностью отдавая себе отчет в том, что его усилия довели его до предела возможного и что они должны быть завершены неким прикосновением извне”.[37]Беннет, Чарльз А., 
Философское исследование мистицизма, стр. 192
Эта мысль ограничивает концепцию сферой чувственного восприятия, однако не исчерпывает её. Существует также прямое знание. Существует понимание законов, управляющих этим новым царством бытия. Есть подчинение определённой новой процедуре и тем шагам и ключевым словам, которые ведут к вратам и обеспечивают их открытие. Именно здесь вступает в действие медитация и ум начинает учиться исполнять свою новую функцию передачи откровения. Посредством медитации единение, к которому стремится мистик, которое он предчувствует и краткий мимолетный опыт которого он получает, становится конкретным и познаётся вне всяких сомнений, будучи возобновляемым по желанию. В своей замечательной книге отец Жозеф Марешаль отмечает:

“…Символ пропадает, образность увядает, пространство исчезает, множественность сокращается, рассуждение умолкает, чувство протяжённости сжимается и рушится; интеллектуальная активность полностью концентрируется в своей интенсивности; постижение происходит без посредника, с высочайшей ясностью интуиции, Бытия, Бога….

Ум человека — это средство поиска интуиции, то есть ассимиляции простого и чистого Бытия, независимого, единого, без ограничений, без различения сущности и существования, возможного и действительного”.[38]Марешаль, Жозеф, Исследования Философии Мистиков, стр. 32, 101 (Курсив А.А. Б.)

Теперь цель убеждённого мистика состоит в том, чтобы подчинить ум новой задаче раскрытия божественного. Чтобы успешно справиться с ней, ему необходимо ясное видение цели и незамутнённое понимание результатов, которые в конце концов предстоит продемонстрировать. Ему будет необходимо проницательное видение достоинств, с которыми он приступает к делу, а также не менее проницательная оценка собственных недостатков. Он должен добиться как можно более беспристрастного взгляда на себя и на свою ситуацию. В то же время необходимо достичь такого же уравновешенного видения цели и понимания чуда реализации и даров, которые он обретёт, когда его интерес будет отвлечён от того, что занимает его внимание сейчас, и направлен на более эзотерические ценности и стандарты.

Мы коснулись вопроса о том, что медитация переориентирует ум на Реальность и в случае правильного использования может вывести человека в другое царство природы, в другое состояние сознания и Бытия, в другое измерение. Целью достижения является обретение способности перемещаться в более высокие сферы мысли и осознания. Каковы же конкретные результаты такой переориентации?

Прежде всего, можно сказать, что медитация представляет собой науку, дающую нам возможность прямого восприятия Бога. Тот, Кем мы живем и движемся и существуем, более не является для нас объектом устремлений или символом божественной возможности. Мы познаём Бога как Вечную Причину и источник всего сущего, включая нас самих. Мы осознаём Целое. Мы становимся едины с Богом, становясь едиными с нашей собственной бессмертной душой, и когда наступает это великое событие, мы обнаруживаем, что сознание индивидуальной души является сознанием целого и что отдельность и разделение, различия и представление о “я” и “ты”, о Боге и о сыне Божьем растворились в познании и осознании единства. Двойственность уступила место единству. Это Путь Единения. Интегрированная Личность трансцендирована благодаря упорядоченному процессу раскрытия души; наступило сознательное соединение низшего, или личностного, “я” с высшим, или божественным, "Я". Эту двойственность необходимо сначала осознать, а затем трансцендировать, прежде чем Истинное "Я" станет в сознании человека Высшим "Я". Сказано, что эти две части человека на протяжении веков не имеют ничего общего между собой; эти две части — духовная душа и природа формы. И всё же они извечно соединены друг с другом принципом ума, и в этом находится решение человеческой проблемы. В древней книге индусов "Бхагавад Гита" есть следующие многозначительные слова:

“У того, в ком "Я" покорило “я”, "Я" — это друг для “я”, но к тому, кто далек от "Я", его собственное “я” враждебно, подобно врагу”.[39]Бхагавад Гита, VI, 6

Св. Павел отчаянно восклицает практически то же самое:

“Ибо знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе; потому что желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, того не нахожу. … Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием; но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих. Бедный я человек! Кто избавит меня [истинное "Я"] от сего тела смерти?”.[40]Римлянам, VII, 18, 22, 23, 24

Это истинное "Я" есть Бог — Бог торжествующий, Бог-Творец, Бог-Спаситель человека. Выражаясь словами Св. Павла, это “Христос в нас, упование славы”. "Я" становится фактом в нашем сознании, а не просто теорией, на которую возлагалось столько надежд.

Медитация превращает наши убеждения в установленные факты, а наши теории — в доказанный опыт. Утверждение Св. Павла остаётся всего лишь возможной концепцией, пока Христова жизнь не пробуждена посредством медитации и не стала доминирующим фактором нашей жизни. Мы говорим о себе как о божественных существах и сынах Бога. Мы знаем о тех, кто явил миру свою божественность и находится в авангарде достижений человечества, свидетельствуя о способностях, выходящих за пределы наших возможностей. Внутри себя мы сознаём устремления, ведущие нас к знанию, и внутренние порывы, побуждавшие человечество восходить по ступеням эволюции до его нынешнего уровня, который мы называем уровнем образованных людей. Божественный импульс поднял нас с уровня пещерного человека до современного цивилизованного состояния. Помимо всего прочего, мы знаем о тех, кто обладает, или утверждает, что обладает, видением небесного, к которому мы стремимся приобщиться, и кто свидетельствует о прямом пути к центру божественной Реальности, последовать к которой за ними они приглашают нас. Нам говорят, что возможен прямой опыт и что ключевая нота современности суммирована в словах “от авторитета к опыту”. Как мы можем это познать? Как можно получить этот прямой опыт, будучи свободными от вмешательства какого то бы ни было посредника? Ответ таков: существует метод, которым пользовались на протяжении бесчисленных тысячелетий, и научно обоснованный процесс, который был сформулирован и применялся мыслителями всех времен и с помощью которого они стали знающими.

По-видимому, образование исполнило свою основную работу по подготовке ума к тому, чтобы начать медитативную работу. Оно помогло нам понять, что мы располагаем соответствующим аппаратом, и научило некоторых из нас способам его использования. Психологи сообщили нам многое о наших ментальных реакциях и наших инстинктивных привычках. Теперь человек должен сознательно овладеть своим инструментом и перейти от начальных ступеней образования в те классы и лаборатории, где можно самостоятельно удостовериться в существовании Бога, достигнув тем самым цели любого образования. Кто-то сказал, что мир — это не тюремная камера, а духовный детский сад, в котором миллионы растерянных детей пытаются прочитать по складам слово “Бог”. Наш ум гонит нас из стороны в сторону в попытках изложить истину — вплоть до того дня, когда мы, изнурённые, удаляемся, наконец, внутрь себя, начинаем медитировать и обретаем Бога. Как сказал д-р Оверстрит, “тогда весь наш упорный поиск найдёт объяснение и смысл. Это Бог, действующий в нас. Когда мы откроем более надёжные ценности или когда мы их создадим, мы будем выражать Бога в нашей собственной жизни”.[41]Оверстрит, Х. А., Постоянный поиск, стр. 265

Кроме того, можно определить медитацию как метод, посредством которого человек достигает славы раскрытого "Я", отбрасывая форму за формой. Наши школы и университеты — не единственный источник образования и воспитания. Величайшей из всех школ является опыт самой жизни и её уроки, которые мы усваиваем, последовательно отождествляясь с различными формами — формами удовольствия, формами тех, кого мы любим, формами желания, знания — их список бесконечен. Ибо что такое формы, как не те подмены, которые мы сами создаём и затем лелеем как объекты поклонения, или идеи счастья и истины, созданные другими, к которым мы из всех сил стремимся и в результате видим, как они исчезают в тумане перед нашим усталым взором. Мы ищем удовлетворения в феноменах разного рода и видим, как они обращаются в прах, пока не достигаем той неосязаемой, но бесконечной реальности, которая всех их вызвала к жизни. Тот, кто видит во всех формах символы реальности, уверенно идет по пути к соприкосновению с "Я". Тем не менее, достижение этого требует ментального восприятия и направленной интуиции. Похоже, что сэр Джеймс Джинс уловил видение этого, когда сказал:

“Явления доходят до нас в облачении пространства и времени; они — зашифрованные послания, окончательный смысл которых мы не постигнем, пока не узнаем, как расшифровать их, лишив их этой пространственно-временной оболочки”.[42]Джинс, Сэр Джеймс, Вселенная вокруг нас, стр. 339

Человек — это точка божественного света, сокрытая несколькими обёртывающими её оболочками подобно свету в светильнике. Светильник может быть либо закрыт и тёмен, либо открыт и светел. Он может либо светить людям, либо быть скрытым и потому бесполезным для других. В фундаментальной книге по медитации “Йога-сутры Патанджали”, переложение которой вместе с комментариями к сутрам содержатся в моей книге “Свет Души”, нам говорится, что правильная дисциплина и медитация “постепенно устраняют то, что затмевает свет”, и что “когда духовный ум… отражается в субстанции ума, приходит осознание 'Я'”.[43]Бейли, Алиса А.,
Свет Души, книга II, сутра 52
В определённой точке истории каждого человеческого существа происходит колоссальный кризис, когда должен быть воспринят свет, приходящий через правильно используемый ум, и когда неизбежно достигается контакт с Божественным. Патанджали подчёркивает это в следующих словах: “Перенос сознания из низшего проводника в высший является частью творческого эволюционного процесса”.[44]Там же, книга IV, сутра 2 Медленно и постепенно становится возможной работа по обретению прямого знания и раскрытию славы, скрытой в каждой форме. Секрет состоит в том, чтобы узнать, когда пришло время, и не пропустить момент благоприятной возможности. Майстер Экхарт говорит:

“Если душа очищена от всех своих оболочек, Бог явственно предстаёт её взору и открывает ей Себя, ничего не утаивая. Пока душа не сбросит все свои покрывала, неважно, насколько тонкие, она не сможет узреть Бога”.[45]Пфайфер, Франц, Майстер Экхарт, стр. 114

Таким образом, Восток и Запад излагают одну и ту же идею в идентичных символах.

Итак, медитация представляет собой упорядоченный процесс, посредством которого человек находит Бога. Это испытанная и веками используемая система, неизбежно открывающая божественное. Здесь особенно важны слова “упорядоченный процесс”. Необходимо соблюдать определённые правила, предпринимать определённые конкретные шаги и испытать определённые стадии раскрытия, прежде чем человек сможет обрести плоды медитации. Мы усвоили, что это часть эволюционного процесса, и подобно всему в природе он вершится медленно, но верно, и неизменен в своих результатах. Для человека, готового подчиниться правилам и работать систематически, разочарования быть не может. Медитация требует самоконтроля во всем, и если медитативная работа не сопровождается выполнением всех требований “упорядоченного процесса” (таких как самоконтроль и активное служение), цель не будет достигнута. Фанатизм совершенно не нужен. Об этом ясно сказано в Бхагавад Гите:

“Не существует медитации для того, кто ест слишком мало или слишком много, или для того, кто привык спать слишком мало или слишком много. Но для того, кто регулярен в еде и в работе, во сне и в бодрствовании, медитация становится средством устранения всех страданий”.[46]Бхагавад Гита, VI, 16–17

Медитацию можно справедливо рассматривать как часть естественного процесса, который до сих пор вёл человека по пути эволюции от стадии, мало отличавшейся от стадии животного, до стадии, на которой стали возможны нынешние ментальные и научные достижения и духовные поиски. Центр сознания человека постепенно смещался, и его сознание постепенно фокусировалось на постоянно расширявшейся сфере контактов. Человек уже перешёл от чисто животного, физического состояния бытия к стадии интенсивной эмоционально-чувственной осведомленности, на которой и пребывает в настоящее время. Однако миллионы людей уже вышли за пределы этой стадии и достигли более высокой сферы осведомлённости, которую мы называем умом. Ещё одна группа, гораздо менее многочисленная, переходит на уровень, где возможен универсальный диапазон контактов. Их мы называем Знающими. Через все используемые методы проходит золотая нить божественной цели, и путь перехода от человеческого сознания к сознанию и осведомленности души — это путь медитации.

Этот процесс раскрытия "Я" через переориентацию формальной стороны жизни и достижение в итоге такой чистоты всех оболочек, когда они уже не могут скрывать его, можно описать как процесс трансмутации, а также как процесс переноса сознания.

Трансмутация — это изменение и перенаправление энергий ума, эмоций и физической природы с тем, чтобы они могли способствовать раскрытию "Я", а не просто развитию физической и телесной природы.

Например, нам сказано, что у нас есть пять основных инстинктов, которые мы разделяем со всеми животными. При использовании в эгоистических личных целях, они усиливают телесную жизнь, укрепляют форму, или материальную природу, и тем самым служат дальнейшему сокрытию "Я", или духовного человека. Они должны быть преобразованы в свои высшие соответствия, ибо каждый животный инстинкт имеет свой духовный прототип. Инстинкт самосохранения должен быть в конце концов вытеснен сознанием бессмертия, и человек, “вечно живущий в Вечности”, будет ходить по Земле, исполняя свое предназначение. Тот инстинкт, который побуждает низшее “я” утверждать себя на пути, устремлённом вперед и вверх, будет в итоге преобразован в господство высшего, или духовного, "Я". Самоутверждение малого, или низшего, “я” уступит место утверждению высшего "Я". Секс, представляющий собой животный инстинкт, могущественно управляющий всеми животными формами, уступит место более высокому влечению и в своем самом благородном аспекте вызовет сознательное притяжение и объединение души и её носителя; а стадный инстинкт будет преобразован в групповое сознание. Пятый инстинкт, а именно стремление к исследованию и удовлетворению любопытства, характеризующий все умы на высоком и низком уровне, уступит место интуитивному восприятию и постижению; так завершится великая работа, и духовный человек станет господином своего создания, человеческого существа, и возвысит все свои атрибуты и аспекты.

Благодаря медитации ум обогащается духовным знанием. Отталкиваясь от объёма обычного знания мы постоянно расширяем наше понимание самого термина "знание" до тех пор, пока знание не сольётся с мудростью. Последняя представляет собой прямое знание Бога посредством ментальной способности, так что мы становимся тем, чем мы являемся, и обретаем способность проявлять свою божественную природу. В одной из своих работ Тагор определяет медитацию как “проникновение в великую истину до тех пор, пока она не завладеет нами”, а “истина” и “Бог” — синонимы. Как нам говорят, ум познаёт два объекта: внешний мир посредством пяти органов чувств и мозга, и душу с её миром посредством того, что можно определить как интровертное использование ума и его интенсивное фокусирование на новой и необычной сфере контактов. Тогда “субстанция ума, отражающая как познающего ("Я"), так и познаваемое, становится всеведущей…, она становится инструментом "Я" и … служит объединяющим фактором”.[47]Бейли, Алиса А.,
Свет Души, книга IV, сутры 23–24
Всё будет открыто тому, кто правильно медитирует. Он постигнет скрытые явления природы и тайны жизни духа. Он также будет знать, каким образом он знает.

Итак, медитация помогает осуществлять объединение, или искупление[48]Генон, Рене,
Человек и его становление, стр. 37

Посредством регулярной медитации постепенно устанавливается связь между душой и её инструментом, пока не достигается такой момент, когда они становятся буквально едины. Тогда оболочки начинают служить просто проявлению света внутреннего Сына Божьего; тогда физическое тело находится под прямым контролем души, поскольку просветлённый ум передаёт (как мы увидим позже) знание души в физический мозг; эмоциональная природа очищена и просто отражает природу любви души, подобно тому как ум отражает замыслы Бога. Таким образом, до сих пор неорганизованные и разобщённые аспекты человеческого существа синтезируются, объединяются и приводятся в состояние гармоничных отношений друг с другом и с душой, своим создателем, своим источником энергии и своей движущей силой.

Эта наука единения требует дисциплины жизни и экспериментально отыскиваемой системы координации. Её метод — сфокусированное внимание, контроль ума, или медитация; он представляет собой способ развития, посредством которого мы осуществляем объединение с душой и становимся осведомлёнными о внутренних состояниях сознания. В известных строках Браунинга выражается итог в этом вопросе:

“Сокрыта истина внутри у нас.
Её нельзя найти во внешнем мире.
Как в крепость тайную она заключена,
Укрытая надежно плотью грубой.

И знание, которое спасёт,
К которому стремимся неустанно,
Откроет дверь для узницы прекрасной
И путь откроет свету, что внутри,
Который раньше мы вовне искали”
[49]Браунинг, Роберт, Парацельс.

Таким образом, цель науки медитации состоит в том, чтобы помочь человеку стать во внешнем проявлении тем, чем он является во внутренней реальности, и помочь ему отождествиться с аспектом своей души, а не просто со своими низшими характеристиками. Это быстрый процесс для раскрывающегося мыслящего сознания, но в таком случае он должен инициироваться и проводиться самостоятельно. В медитации ум используется как инструмент для наблюдения за вечно существующими состояниями и со временем должен стать инструментом просветления, через который душа, или "Я", передаёт знание в физический мозг.

В результате медитация приносит просветление. В своей книге Проповедей, написанной в XIV веке, Майстер Экхарт говорит:

“Три типа людей видят Бога. Люди первого типа видят его в вере; они знают о нём не более, чем могут различить через ширму. Люди второго типа созерцают его в свете благодати, но только как ответ на свои страстные устремления; они видят его наделяющим их добротой, преданностью, духовностью и тому подобным. … Люди третьего типа видят его в божественном свете”.[50]Пфайфер,
Франц, Майстер Экхарт, стр. 191

Это тот свет, который открывается в процессе медитации и с которым мы учимся работать.

Сердце мира — свет, и в этом свете мы увидим Бога. В этом свете мы находим себя. В этом свете открывается всё. Патанджали говорит нам, что “когда средства достижения объединения упорно практикуются и когда произведено очищение, приходит озарение, ведущее к полному просветлению”. “Ум тогда стремится к просветлению как к истинной природе 'Я'”.[51]Бейли, Алиса А., Свет Души, 
книга II, сутра 28; книга IV, сутра 26

В результате медитации "проявляется сияние света. Это просветление происходит постепенно; оно развивается стадия за стадией”.[52]Там же, книга III, сутры 5–6

Позже мы исследуем эту тему более детально.

Посредством медитации как следствия всех предыдущих факторов раскрываются способности души. Каждый проводник, через который душа выражает себя, располагает некоторыми внутренними латентными силами, однако душа, источник каждой из них, обладает ими в чистейшей и наиболее возвышенной форме. Например, физический глаз является органом физического зрения. Ясновидение представляет собой ту же способность, проявляющуюся в том мире, который мы называем психическим миром, миром иллюзий, чувств и эмоций. Однако в душе та же самая способность проявлена как чистое восприятие, безошибочное духовное видение. Посредством медитации высшие соответствия низших физических и психических способностей приводятся в функциональную активность и занимают место своих низших выражений.

Эти способности раскрываются нормальным и естественным путём. Это происходит не потому, что их желают или сознательно развивают, а потому что, поскольку Бог внутри нас принимает на себя контроль и управление Своими телами, Его силы становятся очевидными на физическом плане и Его способности проявляются как познанные реальности.

Истинный мистик не останавливается на достижении этих сил и способностей, его интересует только Обладатель этих сил. Он сосредотачивается на "Я", а не на способностях этого "Я". По мере своего растущего погружения в Реальность, которой является он сам, силы души начинают проявляться естественным, безопасным и полезным образом. Майстер Экхарт подытоживает этот процесс следующим образом:

“Низшие силы души должны быть подчинены высшим, а высшие — Богу; её внешние чувства — внутренним, а внутренние — уму; мысль — интуиции, а интуиция — воле, а все вместе — единству…”[53]Пфайфер, Франц, Майстер Экхарт, стр. 40

Здесь, в этой главе о целях процесса медитации, вполне уместны слова д-ра Чарльза Уитби, переводчика книги Рене Генона “Человек и его становление”. Он ссылается на:

“… всеобъемлющее свидетельство согласия по всем основным пунктам Западной, индуистской, мусульманской и дальневосточной эзотерических традиций, подтверждающих друг друга. Истина, которую мы столь поспешно именуем недостижимой, ожидает нас в своем неизменном и не подлежащем изменению величии, действительно скрытая от поверхностного и презрительного взгляда, но очевидная для серьезного непредвзятого искателя. Согласно Плотину, акт созерцания, который по сути составляет жизнь каждого индивидуума и человечества в целом, восходит постепенно, естественно и неизменно от Природы к Душе, от Души к чистому Разуму, от Разума к высшему Единому. В таком случае нынешняя озабоченность наиболее продвинутых представителей Западной мысли и науки психическими и квази-психическими проблемами может или, скорее, должна рано или поздно уступить место интересу к предметам более высокого или даже наивысшего значения”.[54]Генон, Рене, Человек и его становление, стр. X

Таким образом, мы видим, что медитации придаётся очень большое значение и что такая оценка подтверждается авторитетом свидетельств мистиков и посвященных всех веков. Тот факт, что другие чего-то достигли, может заинтересовать и вдохновить нас, но не более того, — если мы сами не предпримем определённых действий. Факт существования методов и науки объединения, основанной на правильном обращении с ментальным телом и правильном его использовании может быть фундаментальной истиной, однако это знание останется бесполезным, если каждый образованный мыслитель не примет его как призыв к действию. Такой мыслитель должен по достоинству оценить здесь описываемое, поставить перед собой задачу обрести умение использовать ум в двух направлениях (с одной стороны, в направлении души и, с другой стороны, в направлении своего внешнего окружения), а в итоге — произвольно по собственному усмотрению. Это требует развития ума как синтезированного здравого смысла и его использования в мире земной жизни, эмоций и мысли. Это также требует умения ума свободно переориентироваться на мир души и способности действовать в качестве посредника между душой и физическим мозгом. Первая связь развивается и воспитывается посредством обычных методов экзотерического образования и обучения; вторая становится возможной через медитацию, высшую форму процесса образования.

 

 
bugfixer invisible agent